Основы формирования человечества. Часть 2. Основы взаимодействия структурной и бесструктурной власти

Автор:

Скачать: |pdf

 

 

АННОТАЦИЯ

Для человека, истинного и освобожденного от прежнего плененного состояния со стороны программных процессов старой Системы, в мировоззренческом плане ныне главным является вопрос об осознании своего истинно воссозданного предназначения на Земле, глубинного понимания своих персональных функций и своей обязательной и максимально возможной полезности от факта своего существования для других, себе равных. То есть, это вопрос о смысле жизни, как воссозданного человека в новых условиях состояний и процессов, в том числе и правильно осознанного ориентирования в своем развитии, гармонизированного с происходящими общими изменениями модели Земля в целом.

Указанные измененные обстоятельства предъявляют совершенно иные, более высокого уровня требования к вопросу управления всей сферой, связанной с бытием и деятельностью Человека. Он больше не будет являться абстракцией «экономического человека» в теоретических основах производства, как у ныне существующей ограниченной группы гешефтмахеров любого уровня и политико-экономического направления. В Экономике Человечества, Он будет человек труда, а не человек – работы. Он больше не будет обездушенным «электоратом» или фрагментом «народной массы» и инструментом в руках политических партобразующих выскочек, устремившихся к власти, в условиях ими созданного передельного эгоизма. Проявление нового Вектора Цели уже предопределило - быть Ему в будущем только первообразующей ячейкой единой структуры социальной организации, обладая заслуженным и признанным социальным уровнем, по справедливости и степени своей полезности обретая блага и услуги, как признание Его добросовестности в исполнении своей функции на Земле.

Он больше не есть «опытная масса» для старой Подсистемы, ранее применявшей его во всех программных процессах вне его воли и осознания этого факта. Ныне, Он есть часть новой Подсистемы, исполняющий и принимающий участие на активной осознанной основе в действиях и событиях иного Вектора Цели в рамках Программы новой Системы. Изменив свое программное, целевое и функциональное предназначение, более Он не будет относиться к людям цены, Он есть человек «иной ценности». Это и многое, многое другое, ранее не имевшее права на свое бытие в мире, обрело не только реальные контуры, а уверенную гранитную основу, как обязательную и объективную данность. Все это требует принципиального изменения методологического подхода и поиска иных решений, особенно в сфере управления Человечеством на совершенно ином осознанном уровне и новом активном программном участии.

 

ВВЕДЕНИЕ

Все западные экономические теории нынешнего и прошлого, хотя и назывались экономикой и даже политической экономией, т.е. должны были бы свидетельствовать о нацеленности на общий государственный интерес, в действительности оставались крайним выражением хрематистики – науки об обществе частных хозяев, стремящихся лишь к получению максимальной прибыли в интересах узкого круга самопровозглашенцев. Разумеется, подобный подход к формированию системы хозяйствования в новой структуре социальной организации совершенно чужд и не приемлем, так как эти прежние взгляды на хозяйствование не могут быть средством служения высшим целям бытия воссозданного Человека. Само это уже исключает какое- либо право старой политической экономии на ее существование в будущем Человечестве. О неприемлемости для русского сознания западной политической экономии, как крайнего выражения науки об обогащении, которую еще древние греки именовали хрематистикой, в прежней истории говорилось много еще со времен основоположников славянофильства. Однако время ликвидировать эту заразу передельного эгоизма для России, наступило только сейчас и, при этом, мнения со стороны западных теоретических специалистов не потребуется. Любые их попытки теоретического или практического характера по вмешательству в программные процессы России будут жестко пресекаться, невзирая на масштабность или их уровень.

Не потребуется, так же, мнения со стороны и в вопросах полной ликвидации всей старой системы финансов, ибо она не только себя изжила и является атавизмом при будущем развитии, но и в ближайшие моменты потеряет все свои базовые основы, включая и весь ценностной аспект. Навязывать нам свои обесцененные и ничем необеспеченные искусственно ими созданные обязательства, выраженные в любых старых формах и ухищрениях – не только бессмысленно, но и крайне опасно, для своего же существования. Этот вопрос будет жестко контролироваться со стороны новой Системы в прямом и в объектовом смысле, т.к. любые попытки проявленной инициативы по введению необоснованного субститута ликвидируются вместе с инициаторами. Происходящие процессы изменения окружающей среды непременно и скоро приведут к необходимости перехода на новые формы субститута и более совершенные целевые социальные обязательства их применения, которые в свою очередь будут являть собою принципиально иной базис всей будущей новой финансовой системы. Роль и функции ее будут принципиально изменены, она будет гармонично соответствовать Вектору Цели будущих явлений, действий и событий, а места для прошлого гешефтмахерства в этих процессах старым исполнителям не будет. Совершенно иной будет и стратегия ценностей, она будет ориентирована во имя Человека, а не против него. Все это потребует принципиального изменения решений в вопросах управления указанными действиями и событиями в мировой сфере финансов.

Происходящие активные процессы изменений всей окружающей среды, приводящие Человечество к ранее неизвестным условиям обитания, а также функциональные особенности, возлагаемые на Россию со стороны программных процессов новой Системы, позволят России обрести совершенно новый функционально- территориальный и организующий статус более высокого порядка, чем пришлось ей иметь на протяжении последних нескольких тысячелетий.

Для России новым Вектором Цели объективно предписано быть организующим спасителем Человечества. Мы должны быть готовы и обладать такой новой структурой властности, которая позволит в кратчайшие сроки и в сложных условиях изменяющейся обстановки организовать и перейти на новую структуру социальной организации Человека. Более того, мы должны будем не только принять на свою территорию часть выжившего населения с других регионов Планеты, но и оказать организующую помощь на местах их традиционного проживания, где условия жизнеобеспечения и сопровождения будут частично воссозданы. В этой связи, потребуются совершенно иные подходы по формированию новой государственной конструкции России в целом, изменению базовых основ в стратегиях федерализации и регионализации, с учетом их принципиально измененных функций и масштабов. Такие базовые основы должны быть восприняты только «сердцем и умом», а не выгодой временных индивидуальностей.

В ближайший момент текущего периода станет всем совершенно очевидно, что объяснять целесообразность существования власти, как давнюю «историческую традицию» в России, как самобытность «русской души», как поиск «нового русского пути» и, тем более, искусственно насажденное обращение к отрицательному опыту западных государств, - оказалось не только не эффективным, но и категорически ошибочным.

По причине безмерной потери драгоценного времени в момент и в условиях резко меняющейся окружающей среды и условий обитания людей, административная руководящая пассивность – это уже не только атавизм, это уже больше, чем препятствие во исполнение действий для свершения будущих программных событий, определенных новой Системой для Человечества, как новой Подсистеме. А какова же нынешняя истинная обстановка со всей платформой властности в России?

Для обоснования незыблемости, яко бы устойчивой «либеральной демократии» в пореформенной России, стало далеко недостаточно применять идеологические технологии и усилия «партобразующих центров» какой либо политической ориентации, так как они потеряли и отвергли сам объект своего воздействия. Эта псевдо-политическая и идеологическая догма властного управления обществом уже не работает. Она только лишь вынужденно имитирует свою властность через заказные, административно захваченные у общества, функции всего комплекса «законотворения» и принуждения к исполнению ими принятого. Ибо вся целевая ориентация такого законотворчества, пусть она и заказная, все равно ныне есть внепрограммный продукт относительно новых измененных обстоятельств, ими не видимых и не осознаваемых. Более того, она исполняет заказы не тех, кто их избирал. Значит, необходимость ее существования в такой форме и с такой методологической и правовой основой, в будущем отсутствует. Она есть не осознаваемый паразитирующий атавизм, на уровне и не выше клубной ассоциации неких нефункциональных самовыдвиженцев, служащая частным целям ограниченного круга «дельцов» разного уровня и направленности, а к обществу прямого социального отношения более не имеет. Театрализованные атрибуты законотворчества пред народом непременно и строго соблюдаются во всем разнообразии иллюзорных форм, но уже очевидно всем – это конвульсивные судороги уходящего в предание бывшего властного состояния некоего прошлого, отправленного за кулисы навязанного России сценария. Дорогой спектакль, но актеры одни и те же, только что-то в сценарии с либеральностью было у них очень не убедительно!

Более того, аналитическими «европостенниками и американостенниками» российского покроя, олицетворяющими в России банковские группы Ротшильдов, Рокфеллеров и Ватикана, даже были предприняты попытки обосновать незыблемость либеральной демократии в России через высшие мистические подтверждения, т.е. через Провиденциализм.

Но, их предательски подвели все нынешние религиозные конфессии по причине их собственного внутреннего передельного эгоизма, увлечения административным Космополитизмом и выражением ограниченно урезанной связи с их прошлыми верованиями, выраженными через их маскарадные шоу и не имеющими тех прежних духовных и воспитательных целей и эффекта, как это было в мистических служениях прошлого. Нынешние религиозные конфессии не обладают прежней силой Веры, так как «избранники» уже далеко не те, а образ их бытия и весь аспект ритуальности служения их лидирующих представителей крайне не совместим с рамками и целями истинной Веры. С чистотой в духовности и святости много публично наигранного, привнесенного от лжелиберализма, технических возможностей медиасредств и не искренности. Технологии те же, что и у властного администрирования, но в измененных программных обстоятельствах они не функциональны.

Текущее состояние эффективности от действий во властной сфере России усугубляется еще и тем, что не нужно было бы надеяться на прежний опыт и эффект революционных «авось», как это было в Ельцинский период. Будет крайне ошибочно впредь, пытаться базистировать в свои тайные помыслы и планы, получение какой-либо помощи с запада или востока. В истории России еще не было ни одного положительного примера в «обрусении» ни одного немца, американца или кавказца – все они в своих действиях были устремлены только на то, чтобы разрушить, обрести и увести. Больше нет тех прежних программных управленческих эффективных воздействий «из старого властного мистического формата» со стороны бывшего надиудейского жречества, которые в рамках прежней Системы Управления давали некоторые практические результаты, но не «бесплатно» для России. Более их не будет, они закончились вместе со старой программой и всеми ее подследственными атрибутами, навсегда ушли в небытие. Это, как объективную данность, необходимо осознать и воспринять, ибо все иное – есть не программное, с соответствующими последствиями в этом.

Внедренная в Россию «усилиями и трудами» Исполнителей Концептуальной власти от надиудейского жречества в 90-х годах ХХ века либеральная демократия, т.е. правильнее полиархия, обрела в России уникальные дополняющие определители, которым не суждено быть совмещенными в других странах, особенно Запада. Безудержное рвение к наживе у гешефтмахеров извне, в сочетании с таким же рвением у ограниченного круга таких же махеров, но внутреннего Российского происхождения, сделали свое дело. Обманули, разрушили, обобрали, но внедрили несчастную, только она получилась весьма специфичной – «дефектная представительская либеральная демократия». Дополняющих пояснений, очевидно, не требуется!

Какими же нужно быть наивными детьми, как, и кто сумел в одночасье обмануть многомиллионную армию «стойких борцов за светлое коммунистическое будущее»? Политологи и историки вразумительного ответа дать не могут до сих пор. А как красиво звучало: «Человек должен располагать свободой для определения своей собственной судьбы. С точки зрения либералов, государство существует лишь для того, чтобы защищать человека от насилия со стороны других людей или групп и расширять рамки осуществления индивидуальной свободы». Однако, отрезвленного состояния Россия не обрела до сих пор, несмотря на многомиллионные кровавые жертвы, а неудачно разыгранный сценарий с либеральным демократизмом уже очевиден по своим истинным целям. Но, это уже не столь важно в условиях произошедших программных объективных изменений.

«Несгибаемый либерализм» западного образца, распустив свои корни в России только лишь до уровня разрушения ранее созданных общих ценностей – сгнил. А вместе с ним и исторический программный Космополитизм, как 600 – летняя программа, состоялся далеко не в полной мере. Его остановили обстоятельства ликвидации прежних управленческих программных установок вместе со старой программой и отстранение прежних Исполнителей от Концептуальной власти. Не удалось и «Глобализации», как завершающему этапу Космополитизма, накрыть своим пустым денежным властным прессом все природные сырьевые ресурсы России, полностью разрушить базисную часть экономики и завершить захват оставшихся ценностей страны под себя.

Объективный итог истинных результатов от действий российских реформаторов, как исполнителей остановленной старой управленческой Программы, в рамках тематики рассматриваемого исследования, заключается в следующем:

  • попытка принудительной интеграции модели либеральной демократии по западному трафарету удалась с ограниченными результатами и временным укоренением лишь неустойчивых элементов «дефектной представительской либеральной демократии» по всему постсоветскому пространству;
  • «рынок», как базовая форма интеграции искусственно внедренной западной системы хозяйствования, не успел обрести своего предназначения по причине ликвидации управленческих программных функций старой Системы. Как следствие, обострился передельный эгоизм в борьбе за овладение сырьевыми ресурсами России между местечковыми представителями Мировой финансовой олигархии (Ротшильды, Рокфеллеры и Ватикан), организовавшими весь процесс модельной интеграции либеральной демократии. Отсутствие устойчивых форм интеграции в нестабильной системе хозяйствования окончательно разрушило базовую основу по решению социальных проблем в обществе и перспектив его развитии. Нынешние, как бы, бюджетные подати социального предназначения, носят унизительный и оскорбляющий характер перед обществом в рамках измененных программных процессов и функций Человека;
  • ликвидированная программа мирового Космополитизма с ее завершающей и затухающей фазой «Глобализация» временно остановили процесс экономического закабаления России, как страны «догоняющего развития» с единственной рыночной функцией передачи всех своих природных сырьевых ресурсов для обогащения запада; 
  • консультационно-рекомендательный характер властного влияния на начальных этапах реформистских действий и событий со стороны внешних Исполнителей, перешел на попытки открытого вмешательства и недипломатического силового воздействия по вопросам внутренних организующих и управляющих функций российской государственности. Не дипломатичность внешнего воздействия сопровождается активизацией внутреннего политического противостояния и формированием дестабилизирующего снижения в эффективности управления;
  • нынешняя конструкция государственности по западной трафаретной модели вынужденно продолжает сохранять подчиненную зависимую исполнительскую функцию России перед уже несуществующей мировой «силой западных пустых денег» и ликвидированной «мировой силе власти». Но, инертно символизированная мировая власть, представленная прежней программной функцией со стороны бывшего надиудейского жречества и Мировой финансовой олигархией, продолжают через различные ухищрения «Мирового рынка» истребовать от России насыщения нашими ценностями их финансовой пустоты. Нынешняя государственная конструкция этому положить конец не сможет.

Таким образом, вынужденно произошло временное искусственно натянутое сочлененное проявление «Либерально-Космополитической» платформы управления с неустойчивой системой Федерализма на основе территориально-политического устроения с этнографическими властными вкраплениями случайного территориального разделения, носящего сезонно-финансовый эмоциональный характер. «Траурный макияж» этой конструкции дополнили, исполняют и сопровождают группы законотворения, законосопровождения и законоубеждения, включая СМИ и всех скоморохоменов от сохраненной части социальной подсистемы советской культуры, искаженной западным трафаретным сознанием. Эта сложная конструкция не рухнула только по единственной причине - своевременного установления определенной жесткой «силовой вертикали».

Но такое «армирование» властной платформы может носить только временный характер, так как в любой момент периферийное очаговое армирование может стать серьезным противодействием достигнутому балансу властности. Территориальные и этнографические причины могут срабатывать в любой момент, так как попытки частично сохраненных очагов политического противостояния неуправляемо и инертно активизируются. Чечня – это не последняя демонстрация доказательств этому. Более того, так бы оно с «силовой вертикалью» и произошло в действенном запланированном сценарии старого Вектора Целей прежней Системы Управления. Но, увы, этому уже не суждено свершиться, программные обстоятельства изменились!

В Части 1. «Основы Формирования Человечества» были представлены объективные причины в необходимости образования Структурной и Бесструктурной власти. Но, прежде чем перейти к суждению по конструкции каждой из них, т.е. правовом базисе, структурной и методологической платформе и т.д., необходимо определить особенности их балансового взаимодействия по разрешению основных проблемных процессов управления текущего и переходного периода, построения единой структуры социальной организации Человечества.

Такая совокупность взаимных действий и должна стать сферой соприкосновения, т.е. полем взаимодействия двух целевых уровней власти. Это взаимодействие – есть совокупность стратегий управления, которые в равно сбалансированном состоянии должны обеспечить проявление совершенно новой единой социальной структуры, исключающей все прежние пороки бытия Человека, гарантирующей выполнение пяти обязательных условий (Ч.1; 3.1), позволяющих в будущем, образование такого социального формирования нового типа, как Человечество.

Социальное формирование нового типа, в этом случае, будет полностью гармонировать с программными установками частного Вектора Цели будущих явлений, действий и событий переходного периода для Человечества, который явлен, как:

«Перевод единой структуры социальной организации Человечества с платформы Национально-Политического Федерализма на Регионализированную Федерацию Функционально-Территориальных Хозяйствующих Модулей».

Указанный проявленный Вектор Цели переходного периода реализуется путем установления и обеспечения властного баланса между Административным Единовластием со стороны Структурной власти и Общественными формами исполнительной интеграции со стороны Бесструктурной власти. Следует отметить, что некоторые элементы административного единовластия в искаженном зародышном состоянии уже начинают проявляться, но только для целей борьбы с политическим противостоянием. А общественных форм исполнительной интеграции пока еще не может быть, даже и в теоретическом плане. Попытки замещения и обретения управляющих социальных функций в обществе неудавшимся административным Космополитизмом, провалились.

Таковыми новыми стратегиями управления, обеспечивающими баланс властности Структурной и Бесструктурной власти, являются следующие стратегии.

 

ГЛАВА 1. Стратегия «Перехода от Либерально-Космополитического базиса управления на Регионализированную Федерацию Функционально- Территориальных Хозяйствующих Модулей, как выход из тупика догоняющего развития».

Россия – это отдельный мир, который не может и не должен воспринимать чужие трафареты в сфере своего развития, устройства и управления, поэтому насаждать что-либо для нее – это противодействовать ее «природе». В рамках прежней программы, Россия имела совершенно специфические, отдельные от Запада и Востока, функции сокрытые от осознания людей (Часть 1; Гл. 2). Поэтому любые попытки исторических властных деятелей из прошлого отклониться от рамок этих функций, немедленно приводили к катаклизмам в сфере управления и корректировались без воли, желания и самого ошибившегося управителя. Вся история России есть подтверждение этому.

1.1. Объективная и безусловная неотвратимость перехода от Либерально- Космополитического базиса на новую стратегию Регионализированной Федерации.

Как утверждают нынешние специалисты политологии высшей школы: «Особенность цивилизационного развития России состоит в том, что доминантной формой социальной интеграции в ней выступает государственность, задающая для российского общества единый символический универсум и нормативно-ценностный порядок. Основными структурами этого универсума выступают, прежде всего, этатизм и патернализм. Они в настоящее время являются доминирующими культурными архетипами евразийского суперэтноса».

С учетом отсутствия познания об истинных прошлых программных функциях России, они формально правы. C «нефункциональной» точки зрения, этатизм в качестве культурного архетипа ориентирует российское общество или на «подчинение» государственной власти, или на ее «ниспровержение», но только не на диалог с нею, не на создание механизмов по нахождению компромиссов и учета общественного мнения в процессе принятия государственно-политических решений.

Как уже основополагалось в Части 1, управление Россией в рамках старой Программы осуществлялось Исполнителями от Концептуальной власти с 42 или 44 генотипом мозга, подключенные к Кавказскому и Альпийскому Комплексу управления. Поэтому они могли управлять только «сверху», никогда не соответствуя социокультурному пространству, т.е. всегда будучи в противовесе ментальности и многоликим культурным особенностям социальных групп или народов, населявших огромные пространства России. По этим же причинам и расположение столичных городов (Санкт-Петербург и Москва) совершенно не случайно, как объектовое по месту, так и по историческим периодам. Управление всегда было успешным только до момента завершения таковых этапных программных управленческих функций или отклонения от них. По этому, их умом «...Россию не понять» и их аршином ее не дадут «измерить» до полного обретения ею своего величия.

Более нет необходимости перетирать «исторические особенности» или выискивать «тайные причины» в ответе на вопрос – почему часто Россией управляли внешние или посторонние. Любые решения, начиная с древнейших времен вплоть до наших дней, принимались в России по одной и той же схеме, т.е. «единолично» или «единогласно» узким кругом «дворцовых» фаворитов. Власть при этом не только не руководствовалась законами, но и не считала нужным, хотя бы ради приличия, как-то объяснять принятые решения. В результате исполнительная власть с завидным постоянством издавала постановления и распоряжения, противоречащие не только текущему законодательству, но и Конституции, а законодательная власть обсуждала вопросы, которые не входят в ее компетенцию, и принимала законопроекты, не отвечающие конституционным нормам. Такая непрофессиональная неопределенность и чужеродность, внедренная в ослабленную силу российской властности, должна быть прекращена навсегда и необратимо.

Патернализм, как культурный архетип, представляет собой установку на необходимость постоянного попечительства со стороны государственной власти, а также контроля по всем сферам общественной жизни. В отличие от западной, евразийская цивилизация России шла не по инновационному, а по мобилизационному пути развития. Это развитие сопровождалось сознательным и «насильственным» вмешательством государства во все механизмы функционирования общества.

Под давлением внешних программных факторов в России, особенно последние шестьсот лет, постоянно ставились такие цели развития, достижение которых требовало максимальной мобилизации социально-экономических возможностей всей страны, но чаще всего не в интересах своих народов. Если народ Австрии можно быстро мобилизовать внезапным радостным объявлением Венского бала, то им этого было бы достаточно для обретения временной гармонии в обществе. А в России этого далеко не достаточно, такие «вальсы», при жестком сопровождении «сверху», приходилось отрабатывать и исполнять в лесах, шахтах и на полях. Чаще, это происходило не на пшеничных полях, а на полях боевых сражений, для удовольствия же таких стран, как Австрия, Англия, Германия или Франция, но за счет России.

Поэтому Российское государство для достижения «прогрессивных» результатов систематически прибегало к политике «насаждения сверху» и к методам форсированного экономического и политического развития. При этом политический режим принуждал население мириться с любыми лишениями при решении задач мобилизационного развития. Роль, которую играла государственная власть в России и тот массированный потенциал насилия, которым она вынужденно по программе обладала, выдвигали политические факторы на первое место среди прочих источников мобилизационного развития, невзирая на идеологические особенности или направления на всех исторических этапах. Более того, такое мобилизационное принуждение всегда было, почему-то, ориентировано только ради одной цели – загнать Россию в тупик «догоняющего развития», обеспечивая кому-то извне либо политико-силовой ресурс, либо сырьевой или любой другой программно сценарный ресурс. Россия, как ни одно иное государство мира, чаще всех была инструментом в руках правителей по решению мировых программных проблем и процессов, но не для себя и не для интересов своего народа. Это объясняется только прежними программными установками, функциональной чужеродностью управителей и ее бывшей вынужденной функцией.

При всех негативных проявлениях мобилизационного пути развития, имеются и очень важные положительные последствия – Россия единственное государство, которое за всю свою историю обрело колоссальный запас живучести и прочности, способности к выживанию в самых тяжелейших условиях, умение быстро концентрировать усилия на главном направлении и в кратчайшие сроки делать невозможное. Это обретенное качество для измененных новых программных установок в будущем сохранится и является бесценным.

Но, такое прежнее функциональное положение России, следует считать ушедшим в прошлое, вместе со всеми программными управленческими установками и их соответствующим сопровождением! Ныне, нас интересует только текущее состояние управленческого базиса в сфере властности со всеми его современными проблемами для выявления реальной способности и определения возможности обретения ему иного состояния, пригодного и достаточного для исполнения им управленческих функций в рамках программных установок нового Вектора Целей будущих явлений, действий и событий.

Среди проблем управленческого базиса в сфере властности, т.е. российской государственности следует выделить в первую очередь проблемы государственно- институционального характера, от правильного решения которых зависит гармоничное соответствие действиям и событиям в рамках новой Программы.

В современной России создан государственный строй - демократическое государство с республиканской формой правления. В Конституции закреплены принципы разделения властей и верховенство закона. Хотя, в действительности, мы имеем дело с «президентской республикой», в которой глава государства обладает огромными полномочиями по формированию Правительства и выработке основных направлений внутренней и внешней политики, как первый росток будущего административного единовластия. Только это приводит пока к тому, что многие решения главы государства зависят от компетенции и клановой влиятельности окружающих Президента лиц. А Правительство России – мало самостоятельно и постоянно находится под угрозой роспуска, а иногда и в вынужденном противостоянии по причинам и необходимости своего сохранения.

Как первичный модуль для апробирования основ будущей Структурной власти, такое состояние есть положительный факт. Но пока он чрезвычайно подвержен коррупции, двуликости и не профессионализму в среде окружающих советников и этим самым зависим и не защищен от инертного, но ощутимого влияния уже не существующих форматов бывшей мистической властности старой Системы Управления.

Кроме того, Конституция больше нужна властям, прежде всего, для защиты от своих политических противников. Принятый последний вариант Конституции Российской Федерации был разработан под сильную президентскую власть, которой ни парламент, ни Конституционный Суд уже не могли ничем угрожать. Это привело к тому, что оппозиция с самого принятия Конституции повела «атаку» на нее и Президента, понимая, что даже абсолютное большинство в парламенте не гарантирует ей право на власть. Такая конституционная коллизия в условиях сильной политической оппозиции создает в России ситуацию перманентного конфликта между законодательной и исполнительной ветвями власти, дестабилизируя эффективность ее работы. Но, главная проблема российской государственности состоит не в наличии этого конфликта, а в том, что разные ветви власти систематически нарушают российское законодательство, в том числе и Конституцию Российской Федерации. Это, от части, и привело к необходимости обязательного обретения Структурной властью административного единовластия с жестким единоначалием на переходный период.

Согласно Конституции, Россия является федеративным государством. Закрепляя федеративное устройство России, Конституция вместе с тем породила его асимметрию, поскольку субъекты Федерации – республики, области, края и округа – на практике находятся не в равном политическом и экономическом отношениях. Кроме того, субъекты Федерации живут по конституциям (республики) и уставам (области), многие из которых не соответствуют Конституции Российской Федерации, нарушая её отдельные положения. Более того, прежняя функциональность искусственно натянутого административного раздела территорий остановлена, вследствие прекращения их программных установок, а нового территориального определения не произведено. Для всех уровней власти отсутствует понимание и осознание таких базовых элементов управления, как функции территорий, определяемые Программой извне. Это само по себе создает деструктивное и некомфортное состояние местной властности по объективным причинам, объяснить которые на местах сами не смогут и противостоять им тоже. На лицо внепрограммный факт территориального функционального дисбаланса. Более точно это следует определить, как функциональный территориальный «коллапс», т.е. полная дисквалификация старых территориальных функций, как внепрограммное и не управляемое явление относительно произошедших объективных изменений.

Сама платформа федерализации и регионализационной стратегии находится не в эффективном состоянии их воплощения, а на грани полного их развала и не состоятельности. Это положение еще усугубляется и постоянными попытками на местах усложнять межэтнографическую неустойчивость, межрегиональные отношения и искусственную экономико-географическую неоднородность, доводимую гешефтмахерами до уровня конфликтов в целях личной выгоды и наживы от такого состояния. В этой связи, уровень и степень устойчивости федерализации и регионализационной стратегии, находится в крайне опасном состоянии, с возможными тяжелыми последствиями для будущего, если пытаться их сохранить в прежней конструкции.

Эти обстоятельства обязательно должны быть учтены при формировании конструкции государственности и приведены в естественную гармонию с новой Программой.

Важная роль в становлении современной российской государственности отводится формированию национально-государственной идеи, задающей «общее дело» и консолидирующей российское общество. Российские демократы, разворачивая процессы демократизации общества, объявили народу о своих жестких намерениях и обещаниях о приведении социальной справедливости по базовым вопросам бытия и социально- правового равенства к уровню реального воплощения. Но это осталось только на словах, обещаниях и является прямым укором всему нынешнему властному уровню о неопровержимом факте обмана всех благих ожиданий основной части общества.

Это означает, что Россия представляет собой иное государство, нежели провозглашенное в Конституции. Сказать какое оно - трудно, поскольку нет достаточного идеологического осознания реальности. Но подобное состояние России с неизбежностью будет приводить к противоречию между формальными правовыми демократическими основаниями и реальной действительностью. А это противоречие не может не воспроизводить социальную раздвоенность, свойственную тоталитаризму, состояние алегитимности, теневых отношений и многих иных отрицательных явлений, которые не позволяют осуществлять демократическое реформирование на деле.

В результате современное российское общество выглядит социально разобщенным и прежде всего по базовым ценностям. Идеи демократии для многих россиян стали в настоящее время синонимами всего плохого и поэтому не могут служить консолидирующим фактором, даже в мобилизационной политике, на которую пытаются все еще делать ставку некоторые властные уровни, пытаясь имитировать решение социальных проблем. Руководство России объявило о «пропаже» национально- государственной идеи, но пока государственная власть не может предложить вразумительного «общего дела», консолидирующего российское общество. И самое главное, Они этого сделать уже не смогут без участия новых Исполнителей в рамках нового Вектора Целей.

Но, ограничиться только таковым поверхностным уровнем суждения было бы весьма ошибочно. Демократия в действительности - это фрагмент иллюзорной вуали, покрывший радужными красками «социально-правового равенства» все постсоветское пространство по западным трафаретам и палеткам их западного сознания и ограниченного менталитета, которое не только теоретически, но и практически не могло бы укорениться, особенно в России. Демократии, как искусственно насажденной программы, более в России нет. Главная причина в том, что старый управленческий программный процесс остановлен. Может, в душе псевдодемократы и хотели бы что-то воплотить для электората из всего ими обещанного, да кто же им позволит это сделать. Старые Исполнители от Концептуальной власти отстранены от воплощения программных процессов, а новых для них именно, уже не будет никогда.

Целый ряд проблем властной сферы в российской государственности сложился по вопросам взаимодействия государства и индивида, государства и общества. Во взаимодействии государства и индивида можно выделить два аспекта проблем - правовой и социальный. Конституция провозгласила права человека и гражданина в России, которые на практике носят только декларативный характер. Современное российское государство не обладает необходимыми организующими и управляющими ресурсами для того, чтобы быть непосредственным гарантом конституционных прав человека и гражданина в России. Мешает, заложенная основа западного методологического подхода к Человеку в конструкцию социального построения Либерального Космополитизма, принципиально не пригодного для России. К Человеку России не надо принюхиваться и присматриваться только с одной целью выгоды – как его принудить и применить только для работы, недостойно ущемляя его в материальных благах и услугах, социально унижая со всех сторон. К Человеку России необходим совершенно иной методологический подход, совершенно иная ментальность, в том числе и в вопросах его социального уважения и обретения соответствующего положения. Ему не нужно угрожать принудительной работой, как единственного пути к выживанию. Ему необходимо предложить и гарантированно обеспечить все условия добровольного творческого труда, дав ему гарантии и всю полноту ощущения, что именно Он есть первичное начало в новой социальной организации, обладающей совершенно другими программными рамками и целями! Он горы свернет голыми руками, что не раз уже демонстрировал и, не под лозунги коммунистов, а по своему душевному порыву, осознанию в необходимости и важности своего прямого трудового участия во всем! Не надо суть его истинного бытия пытаться измерять только трафаретами западной оценки - «продовольственными корзинами или МРОТами». Если потребуется, Он будет трудиться и в жутких условиях, если будет уверен, что это необходимо, действительно временно и это не очередной обман. Он уже совершенно другой, а по уровню осознания своего нового состояния, пока еще в чувственном, а не в материализованном плане, существенно выше всех «измерителей», не зависимо от их партийного увлечения или чиновничьего уровня. Вопрос совершенно иного социально-структурного ориентирования общества, изменения целевой ориентации бытия, смыслового наполнения и конкретного мотивационного определения общества не только не терпит отлагательств, а для существующей структуры государственности является самым опасным, в случае не решаемости этого. Лозунги не профессионалов, а «любителей» от партийных клубов, с ограниченным кругозором и плохо ими сокрытой личной выгоды, больше не интересуют основную часть общества. А политические «патологоанатомы», кроме повторного «конспектирования» политических и экономических теорий прошлого, отвергнутых их же историей, – больше ни на что не способны и выброшены за рамки новой Программы. Всякая задержка в решении этой проблемы отделяет общество от государства с каждым днем все дальше и дальше. Может случиться и так, что «отряд не заметит потерю бойца», для России это привычно.

Большие проблемы возникли во взаимодействии государства и человека в России в социальном плане. Прежняя российская государственность базировалась на принципах патернализма, являющегося оборотной стороной политики полицеизма. В ходе реформ государство в России как отказалось от политики полицеизма, так и «бросило» индивида на произвол судьбы. Постоянно «разворачиваются» только «телевизионные» социальные сказочные сценарии с постоянным повышением «в убедительности и иллюзорности» о достигнутых успехах. Виртуальное состояние «телевизионного высокого уровня социальной обеспеченности» уже пресытило всю страну. Поэтому, одной из важных проблем российской государственности выступает формирование в России иной реальной социальной организации государства, для ментальности россиян в других программных установках, чем нынешнее. Люди более не видят во всей конструкции государственности своей личной защиты и защищенности общества в целом.

Другой комплекс проблем возник во взаимоотношении государства и общества, как извечная проблема. В России почему-то еще никак не сформируется гражданское общество и перспективы его становления достаточно проблематичны. По мнению специалистов политологии это обусловлено тем, что с одной стороны государство традиционно стремится сузить сферу «гражданского общества» и охватить своим контролем как можно большее число общественных связей и отношений. С другой стороны, это обусловлено специфическим менталитетом россиян, который блокирует их гражданскую самостоятельность и инициативу. С этим мнением можно было бы согласиться, но только как с фактом отсутствия гражданского общества и не более, а причина совершенно не в воздействиях со стороны нынешней государственности или менталитета граждан.

Главная причинность представлена тем, что комплексы Системы Управления, ранее осуществлявшие программное сопровождение, контроль и исполнительское содержание всего бытия общества – Кавказ, Альпы, Калифорния и Анды, выключены из программного сопровождения и в рамках новой Программы они не функциональны. Поэтому вся иерархия общества, как в функциональном расслоении по генотипам мозга, следовательно, и социальном, так и на уровне исполнительского бытия, более не существует в том прежнем плане ее построения. Для уровня старой программы, наличие гражданского общества в России функционально было вообще практически исключено и проявлялось только через партийную или временно клановую формализацию и носило больше клубный характер закрытого или открытого типа. Но, на сей момент в России это более не активируется. Все рассуждения специалистов политологии строятся только на анализе тех неудач, которые связаны с результатами от попыток внедрения шаблонных западных форматов о гражданском обществе на территории России. Этого не происходит и прекрасно! Только политологи этого не понимают и это тоже прекрасно. Если хотят помочь, пусть лучше не мешают своим западным мышлением. Решение этой проблемы связано только с тем, что произошедшие объективные изменения уже привели к необходимости построения совершенно иной конструкции всей социальной организации Человека, а значит и формированию иной государственности - в форме Структурной и Бесструктурной уровней власти в их полном взаимодействии. Формирование гражданского общества и разрешение всех реконструкционных проблем, связанных с этим – это задачи на уровне и в сфере Бесструктурной власти. Время для этого скоро придет, поскольку оно уже программно созрело и непременно будет решено с учетом исключения всех бывших пороков бытия Человека! Западные трафаретные методологии для этого полностью исключены.

Важной проблемой российской государственности выступают отношения государства к природным ресурсам страны. Попытки реформаторов путем либеральных реформ перевести Россию на путь инновационного развития по западному и американскому трафарету почему-то провалились, не смотря на неимоверные усилия все распродать за бесценок. Все старания реформаторов каким-то чудным образом обрывались на финальных эпизодах большинства антироссийских махинаций. Не помогли даже ассоциированные усилия высшего эшелона финансовых гешефтмахеров запада вместе с ФРС США и Ватиканом - ввести полный диктат над историческими финансовыми активами российской государственности, не помогла даже сила денег ради обретения полной властности над природными ресурсами России.

Современное российское государство пока вынуждено ориентироваться на традиционный способ выхода из кризиса – мобилизационный путь развития. Но по старинке, т.е. традиционно за счет экстенсивного использования природных ресурсов (газ, нефть, лес, золото), внеэкономических способов эксплуатации рабочей силы через унижения в принудительной форме работы (систематические невыплаты заработной платы) и внешних займов – больше того прежнего эффекта обрести не могут.

Заранее следует уведомить нынешнюю сферу властности, что более по-другому и не получится. Основная причина такого положения в том, что не существует прежнего программного управления и всех подследственных производных процессов по обладанию, применению и управлению всеми прежними формами обращаемого субститута, что предоставляла старая Система Управления, в том числе и через применение природных ресурсов. Прежний Комплекс Управления, более не может формировать управленческие функции, осуществлять контроль над процессами применения субститута, формировать полную защищенность бывшей Финансовой системы. Все это ушло в предание вместе со старой Программой. Последствия всего этого уже проявлены в мировом финансовом и экономическом кризисе, но опрометчиво думать, что это временно или в чьих-то интересах.

Происходящие процессы изменения окружающей среды скоро разрушат все прежние состояние комфорта властности от успехов в разрушительном освоении и применении природных ресурсов. Поэтому, ныне существующая конструкция государственности в новых условиях обитания Человека, проявит полную несостоятельность обретенного ими организующего и управляющего потенциала при нынешней конструкции государственности, к решению управленческих задач. Это в полной мере касается и изменения отношений по применению всех природных и иных ресурсов. Новой Системой Управления проявленными условиями Вектора Цели предусмотрено программно изменить разрушительно-потребительскую на активную созидательно-сохраняющую контактность и технологическую безопасность по применению, как природных ресурсов, так и той части субститута, который будет формироваться от их применения и сохранения. Это требует принципиального изменения состояния властности через иную конструкцию государственности, принципиально иных ответственных подходов в организации природопользования и перехода на более высокий уровень ценностного отношения к природным ресурсам. «Природные» ресурсы появляются не сами по себе случайным образом, а являют собой очень сложный процесс трансмутации химических элементов, соответствуя по месту и времени управленческим программным установкам проистекающего явления по сопровождению Человека в его развитии. Далеко не сразу Он узнал об углях, нефти, природном газе и электроэнергии. Человек не может сам для себя создавать природные ресурсы, он может быть только допущен или нет к их применению. Из этого, в первую очередь, надо сделать серьезные выводы. Итоги и последствия от явлений, которые произойдут скоро в районах размещения Комплексов и Объектов старой Системы, будут чрезвычайно активным толчком в осознании этого.

Целый ряд проблем возник по взаимодействию российского государства и мирового сообщества. Это был самый неожиданный просчет прежних Исполнителей от Концептуальной власти. Ныне, политологами этот вопрос понимается так: кризис мирового коммунизма, распад СССР как мировой державы привели к серьезным геополитическим изменениям в мире. Биполярный мир обрел состояние монополярности. Единственной мировой державой остались США, хотя в последнее время наметилась тенденция становления новых геополитических центров - Европы и Китая. Россия в настоящее время больше занята внутренними делами в пределах масштабов СНГ. Утратив свои державные позиции в мире, она пока не выработала геополитическую стратегию воссоздания былого влиятельного уровня, а действия ее чаще ситуативные, чем стратегические. Поэтому на международной арене действует скорее обдуманно, чем продуманно, т.е. действует исходя из ситуации, а не из стратегических соображений в соответствии с какой-либо концепцией национально-государственной безопасности. Но это лишь внешнее проявление свершенного состояния. А что же есть его истинный базис?

Истинным основанием такого сложившегося состояния, в том числе и с Россией, являются воплощенные объективные процессы иного характера, связанные в первую очередь, с функционально-объектовыми причинами и причинами программного характера. Функционально-объектовые причины связаны с ликвидацией функций искусственно внедренной чужеродной Системы Управления, представленной определенным набором Комплексов, Объектов, систем их связи, управления, контроля и сопровождения, управляемыми в свою очередь со стороны интервентской Надсистемы, захватившей Землю более 18000 лет назад (Часть 1.; Глава 1). Причины программного характера – вследствие воссоздания истинных родных Комплексов, Систем Земли и новой Системы Управления, прекращены процессы старого программного управления, в том числе и всей сутью функционального бытия общества. Это, в конечном итоге, привело к:

  • остановке по воплощению 600 летней программы всемирного Космополитизма и ее завершающей фазы «Глобализации», с ослаблением всех негативных возможных последствий от этого;
  • остановке и ликвидации всех старых программных управленческих процессов, в том числе и на территории России, которые предопределили совершенно иной финальный итог, отличающийся от результатов начального прогнозирования, особенно в процессах догоняющего пути развития и безудержного разрушения ресурсной базы;
  • ликвидации всяких активных и пассивных управленческих функций всем Исполнителями от Концептуальной власти, действовавшей в рамках старой Программы;
  • прекращению функций по формированию властности в России представителями 42 и 44 генотипа мозга, игравшими заглавную роль по искусственному внедрению трафаретов западной модели либеральной демократии.

Указанные причины являются основными в рамках рассматриваемой стратегии. За ними имеется достаточно большое количество производных от них причин, но это будем рассматривать по ходу их специфичной роли и действенности в других разделах предложенного материала. Указанные причинные и изменившиеся программные объективные обстоятельства привели к необходимости полностью изменить весь базис властности и сложившуюся конструкцию государственности, как производную от нее, приводя их в новое полное гармоничное состояние с условиями Вектора Целей будущих явлений, действий и событий в рамках новой Программы.

Все указанные проблемы, как важнейшие тестовые определители, своим состоянием нарастающего обострения, приводят к единственному объективному выводу: Нынешнему состоянию сферы властности России – Либеральному Космополитизму, со всем его совершенством и соответствием западным стандартам в конструкции государственности, разрешить назревшие проблемы объективно и субъективно невозможно!

Формат любой направленности принимаемых решений без изменения базовых основ государственности и системы хозяйствования при нынешнем перманентном состоянии конфликта властей никаких результатов не даст. Все эти действия только ускоряют процесс коллапса управления. Действенные и событийные процессы в рамках новых программных условий уже не остановить, а это означает только одно – изменить базовые основы властности с изменением всей конструкции государственности и системы хозяйствования в целом. Новые программные установки Вектора Цели, исключают какие либо попытки по внедрению провокационных недосягаемых вех утопизма, как это часто практиковалось в рамках старой программы деятелями политического передельного эгоизма, рвущимися к власти. Поэтому, любые попытки популистских шагов временного улучшающего характера, носят только поверхностный обманный эффект ведущий к полной потере легитимности власти, организуемый гешефтмахерами любого уровня и масштаба для целей личной временной выгоды.

Конкретным целевым шагом, подлежащим воплощению во временных рамках, гармонично согласующихся с процессами объективного изменения программных обстоятельств и обстановки, а также обретения функций активного состояния новой Системой Управления, является стратегия – «Переход от Либерально- Космополитического базиса управления на Регионализированную Федерацию Функционально-Территориальных Хозяйствующих Модулей, как выход из тупика догоняющего развития». Это следует воспринимать и исполнять, как необратимое и обязательное действие, приводящее в дальнейшем к важнейшему производному событию – выход из экономического тупика «догоняющего развития».

Основой материального состояния и всеобъемлющего бытия Человека есть организация и ведение хозяйства. Уровень развития, технологическое совершенство и целевая социальная устремленность всей комплексной системы хозяйствования в прямой постановке обеспечивают социальную, духовную, материальную и познавательную достаточность в исполнении Человеком своих функций, определенных программами Подсистемы. Если нет гармонии между состоянием системы хозяйствования и степенью достаточности в обеспечении Человека при исполнении им заданных функций, значит необходимо менять, в первую очередь, все основы системы хозяйствования, т.е. весь ее базис и инструменты воплощения во всей их совокупности. Никакие популистские меры не приемлемы и опасны.

Существует ли в настоящий момент состояние таковой гармонии? К сожалению всем очевидно, что о гармонии даже не может вестись речи, поскольку более 40% населения находится в состоянии материального обеспечения, оцененного ниже прожиточного минимума. Ни о каком обеспечении и сопровождении в исполнении новых программных функций Человеком почти для 100% населения России даже не может быть и речи! Для того, чтобы вывести хотя бы из нынешнего плачевного состояния, не меняя базисную основу хозяйствования и не меняя саму суть «догоняющей экономики», России потребуется не менее 110-120 лет! Это еще при условии не увеличения объемов вывоза сырьевых ресурсов. Но, стратегических ресурсов у России, при таких темпах обновления ее технологического совершенства, хватит только на 43 года максимум. Это означает, что Россия такую задачу не сможет решить никогда, ее уже не будет! Любая иная статистика – это популистские лозунги и откровенная ложь, играющая против России. Но все эти рассуждения делаются без учета тех реалий в изменении всей окружающей среды, которые полностью меняют условия обитания Человека на всей Планете! И только это одно обстоятельство потребует и заставит изменить всю базовую основу хозяйствования, при этом, никакие иные решения Исполнительной и Законодательной властей воспрепятствовать этому не смогут. Иначе – коллапс управления!

1.2. Современный регионализм и федерализация, как атавизмы для программных условий нового Вектора Цели.

Огромное государство, расположенное в двух частях света, населенное многонациональным народом объективно тяготеет к федеративной организации общества с неизбежным проявлением регионализма, поскольку считалось, что не существует другого способа интеграции противоречивых интересов в единую целостность. Конституция РФ, закрепив федералистские основы российской государственности, создала первичные правовые условия для организации власти. Постепенно происходил процесс регламентации принципов взаимодействия центральной власти с периферией.

Не все шло гладко вследствие отсутствия практического опыта, особенно в субъективной сфере управления, т.е. в политическом взаимодействии. Именно субъективная сфера стала самой проблематичной и к 1999 г. состояние властности уверенно двигалось в сторону полного коллапса, вплоть до развала Российской Федерации. На первый и самый опасный план вышел регионализм. В этой связи, именно на него следует обратить внимание в первую очередь.

В рамках старой Программы, регионализм – это политико-экономическое движение и соответствующие ему действия в правовом или стихийном плане за самостоятельность территориальных сообществ в области социально-экономических, этнокультурных и иных прав. Какова особенность регионализма в рамках старых программных установок и приемлем ли он в таком его состоянии и виде для условий нового Вектора Цели будущих явлений, действий и событий?

Политологические определения региона позволяли осознавать тот факт, что в основе регионообразования ранее лежали не только объективные, т.е. экономические факторы, но и субъективные политические. Системный подход в оценке текущего состояния того и другого определения, позволит с большей степенью истины определить пригодность их для будущего применения или необходимость в непременных изменениях их состояний, или полной замене их базовой основы.

Регион не является только географической категорией, т.е. нельзя отождествлять понятия «регион» и «территория». Территориальная составляющая существенна для любого региона, поскольку она является базисом для его формирования, так и его существования. Любой регион представляет собой территорию, но одного территориального компонента недостаточно для того, чтобы назвать территорию регионом. Необходимой предпосылкой для формирования региона на определенной территории является наличие специфики экономического состава и организации, т.е. наличие организованного специфического хозяйствования. Более того, мало иметь систему специфического хозяйствования, необходимо еще ее позиционировать, т.е. найти, организовать и придать ей весь комплекс гармоничного состояния взаимодействия с организованными системами хозяйствования пограничных ему регионов или дистанционно контактных хозяйствующих объектов и систем на постоянной или периодической основе. Таким образом, появление региона связано с практической комплексной самоидентификацией определенной территориальной общности.

Для самоидентификации региона, по мнению специалистов политологии, обязательно должны присутствовать три группы факторов и соответственно три уровня становления. Первая группа – факторы предпосылочного характера, а именно географический, социально-психологический, культурологический и т.п. Вторая группа – факторы, составляющие экономическую основу региона, т.е. экономические. Третья группа – факторы, обладающие при любой конфигурации регионального строения субъективно-волевым характером, т.е. политические. Отсутствие какой либо группы факторов существенно затрудняет условия и эффект проявления регионализации.

В период активного проталкивания в Россию внешне воздействующих процессов «Глобализации», как завершающей фазы 600-летней программы Космополитизма, исполнители от западного влияния начали резко обострять неустойчивое состояние властности по лини «центр - периферия», устремив свои действия на разрушение территориальной целостности и ослабление любых противодействий России по захвату силами извне ее сырьевых ресурсов. Началось резкое, искусственно подогреваемое извне, усиление якобы роли регионов. Это объяснялось, как бы, объективным ростом возможности появления в их лице новых политико-территориальных образований и становления их как самостоятельных субъектов региональной экономической политики и международных отношений. Усиленно пропагандировалась их трансграничная «новая» сущность, т.е. необязательность принадлежности к территории одного государства, особенно по религиозно-этническому признаку. Помимо этого, свою отрицательную роль сыграли веками накопившиеся и подогретые на конфессиональном уровне проблемы совместного бытия народов этногеографического, культурологического и другого характера. Интенсивно проводимый комплекс действий в сфере субъективного (политического) фактора не привел его в состояние, достаточное для чрезвычайного обострения регионализма, приводящего к активной инициации отделения регионов от общей системы Федерализма России, кроме практических попыток Чечни.

Вследствие этого, образовавшиеся при поддержке запада, местные элиты развернули свою деятельность по активизации объективного (экономического) фактора для придания регионализму агрессивного неуправляемого характера, особенно в географических районах размещения стратегических природных ресурсов, ведущих производителей электроэнергии, объектов базисной части экономики и продовольствия. С этого момента наиболее сильным по активизации агрессивного регионализма явился экономический фактор, т.е. объективный. На поверхность вышел весь комплекс негатива в системной основе бытия старого общества, навязанного западной моделью либеральной демократии. Именно территориальное разделение труда раздирало единство государственной территории, доходило до состояния территориальных противостояний с

резким обострением, активизацией и участием организованной преступности и содействующего им регионального чиновничества. Привнесенное формирование экономических рынков на неподготовленную почву, бесконтрольная торговля всех уровней и типов, свободное движение капиталов криминального и лжекапиталов неизвестного зарубежного происхождения подорвали все устои зарождающейся системы хозяйствования и перевели ее на административно-криминальные рельсы. Руководящая и направляющая функции всей системы властности были практически блокированы со стороны олигархической криминальной элиты, сросшейся в своих замыслах и действиях с коррумпированными чиновниками периферийного и федерального уровня. Все интересы хозяйствующих субъектов обеспечивали только экономическую заинтересованность территориальных элит в развитии неуправляемого агрессивного разрушительного регионализма.

Выход территориальных субъектов и регионов на международный уровень, как следствие властных упущений и неспособности регулирования проблем регионализма до 2000 года, обусловил появление и прямое участие наиболее важных регионов России в различных формах и структурах международного регионализма. Такая неуправляемость позволила криминальной олигархии организовать своеобразные индустриальные, торговые и финансовые коридоры, системы осуществления транзакций, связывающих индустриальные центры России с международным криминалом без контроля их деятельности со стороны государства. Шел процесс полного разрушения всей системы хозяйствования и депрессии всего властного состояния к концу 2000 года. Но разнузданному регионализму того времени не удалось преодолеть достаточно сильное влияние фактора государственной принадлежности территорий и все попытки административно-территориальных отделений в экономических и криминально- политических интересах местных элит, не произошло.

Что же в действительности помогло избежать такой катастрофы от агрессивно- криминального регионализма? В 2000 году была произведена коррекция программных управленческих функций исполнителям старой Системой, вследствие этого обстановка по властному состоянию достаточно резко изменилась в лучшую сторону для России (Приложение 1). Несмотря на интенсивную и многогранную региональную политику после 2000 года, проблемы регионализма не ликвидированы, а скорее всего, перешли в фазу накопления мощности их будущего противодействия федеральному управлению, поскольку природа и базисная основа их регионально-территориального определения остается прежней. В связи с тем, что этот факт имеет место быть сохраненным и только для условий старой программной управленческой ориентации, то для новых условий Вектора Цели он есть атавизм, требующий совершенно иного функционально- территориального определения, разделения и методологического подхода.

Регионализация в новом осмыслении, с иным методологическим подходом должна обладать не разрушительным эффектом противодействия центру, выступающим против монолитности и ассоциированного государственного политического, экономического и социального единства. Она должна стать задающим стержнем новой системы хозяйствования, предусматривающей гармоничную соборность всех единичных и уникальных функций внутреннего и внешнего уровня, которыми будут наделены новые территориальные определения. Новые территориальные определения исключают разделение географии территорий по национальному, историческому культурологическому, политико-партийному, финансово-клановому и любому другому признаку – как методологический атавизм прошлой регионализации, содержащий в себе все пороки бытия людей прошлого общества. Весь территориальный надел будет определен Системой Управления, а функции и географическая конфигурация каждой новой территории будут зависеть от того, какой основной внутренней и внешней функцией будет обладать Главный Комплекс Управления этой территории, сопровождающий все условия жизнеобеспечения. Внутренними являются уникальные функции, исполняемые для собственной ограниченной значимости и необходимости конкретного региона, а внешние – для обеспечения общего гармоничного состояния «единофункция» всей территории России. В этой связи, регионализация обретает совершенно иной целевой смысл и является сложнейшим инструментом государственного управления, реализация которого возможна только через административное единовластие на принципах ассоциированного функционального единоначалия.

Воплощение будущей регионализации потребует особого состояния и требований к объективности, в этой связи будет уделено особое внимание на процессы внедрения автоматизированных систем контроля и управления. Это коснется в первую очередь энергетической сферы и формирования базовых определяющих социальных условий по обеспечению и сопровождению достаточного уровня бытия Человечества. В этих сферах обеспечения никаких суждений о наличии и существовании рынков и прочих пороков прошлого даже речи быть не может. Именно эти сферы будут под пристальным вниманием и с активным участием Бесструктурной власти.

Нынешнее состояние регионализации чрезвычайно влиятельно и действенно связано с таким же проблемным для России вопросом, как федерализация. Нынешняя политология под федерализацией понимает – процесс реализации на практике принципа федерализма в политико-территориальном устройстве страны путем объединения ранее обособленных единиц или же разделения ранее единичного, унитарного государства на составные части – субъекты федеративного образования.

Воплощение принципов федерализма – это только лишь процесс творчества политических деятелей, особенно элиты периферии, и полностью зависит от тех целей, которые они ставят перед собой в своей деятельности. При этом, совершенно не стоит принимать во внимание какое-то влияние несуществующих в реалии мнений и решений всего населения любого субъекта федеративного образования, поскольку это мнение всегда являлось чисто кабинетным продуктом и с народом никак не связано. Принимая во внимание особенность большинства политических деятелей постсоветского пространства, как исполнителей программных функций в рамках старой Программы (генотипы мозга и управление ими, Приложение 1), как принципы федерализма, так и решения по их воплощению не могли быть постоянны и стабильны по своему состоянию.

Объективно и субъективно состояние федерализации не могло обладать свойством устойчивости по линии «центр-периферия». Объективные причины были заложены самой сутью программного централизованного управления со стороны старой Системы. Они воплощались ее исполнителями только по линии «центр-периферия» и с существенно нарушенной эффективностью воздействия, искаженные своими целями выгоды личностного характера, с одной стороны. С другой стороны, в основе территориального разделения России начали активизироваться явные отклонения от первичных программных территориальных функций, вложенных старой Системой. Начиная с октября 1985 года, комплексы и объекты старой Системы, при определенном воздействии на них, начали функционировать с нарастающим программным сбоем, в том числе и в сфере административного поведенческого управления исполнителей, особенно на территории всего постсоветского пространства. На ведущие роли стал выдвигаться субъективный, т.е. поведенческий фактор, стихийно выделивший лидирующие группировки псевдополитической, олигархической и элитарно-криминалистической целевой ориентации, как периферийного, так и центрального федерального масштабов. Большинство из состава выделившихся группировок по своему генотипу мозга вообще плохо подвергались индивидуальному управлению, это их «особое свойство» и определяло специфику их деятельности, особенно в криминальной сфере. Вследствие стихийности всего происходящего, отсутствия профессионализма и опыта, конъюнктурного характера целей личной выгоды политических выскочек, процесс федерализации привел к разделению территорий постсоветского пространства и России без соблюдения истинного функционального определения. Правда, исполнителям такого ущемленного уровня и не дано было ведать о каких-то функциях территорий. А сама Система уже все больше и больше давала сбои. Таким образом, в России была создана федерация полной функциональной ассиметрии.

Предоставление федеральным центром максимальной свободы российским регионам в ельцинский период с течением времени трансформировалось в понимание этого процесса, как победы местных элит над федеральной властью. Территориальные зоны страны стали замыкаться на систему взаимодействия интересов местной власти и корпораций. Разобщенность России, в том числе и экономическая, угрожала суверенитету государства. С 2000 года происходит обратный процесс, в котором основную роль играл федеральный центр. После инициатив президента, высказанных летом 2004 года, и региональные власти временно вынужденно содействуют этому процессу. Впрочем, такое единодушие наблюдается далеко не во всех регионах России.

Конституционно-правовой статус носил сугубо формальный характер через положения Конституции и не более. Кроме того, большая часть публичных законных территорий, обладающая основным ценностным субститутом - запасами извлекаемых природных ресурсов, была закабалена «регионально-промышленным феодализмом» с их криминальной поддержкой и защитой. Сформировались «теневые субъекты федеративного образования», вне всякого конституционально-правового базиса без публичной и официальной территориальной привязки в сфере цветной металлургии, черной металлургии, горнодобывающей промышленности, в сфере энергоресурсов, лесной промышленности, рыболовном промысле и переработке, в сфере банковской системы и т.д. Такого примера «мафиозных нелегальных субъектов федерального образования» на базе промышленного феодализма, обладающих полным набором признаков федерального образования без легальной территориальной привязки – история стран мира еще не знала. Более того, сфера властности глубоко поражена внедрением в ее ряды представителей от промышленного феодализма, а конструкция государственности по многим ведущим позициям ими же и корректируется. Несмотря на достаточный срок, предоставленный историей для разумных коррекций в действиях по ранее свершенным ошибкам, нынешнее состояние федерализации так и не обрело стабильного состояния и властной уверенности. Легальные субъекты федеративного образования слились с «властью денег» регионально-промышленного феодализма и организовали периферийный управляющий потенциал, способный защищать территориальные интересы местных элит в личностных целях политических выскочек.

Вся сложнейшая ситуация дуэльного противостояния «центр – периферия», а именно политического, экономического, финансового, этногеографического, религиозного, элитарно-криминального и другого характера в сфере федерализма, позволили выработать два подхода к разрешению проблем федерализации. Конституционно–договорный путь, когда центр определяет все процессы и делегирует полномочия регионам, и договорно-конституционный, когда отношения строятся «снизу- вверх» через добровольное делегирование субъектами полномочий центру. Но и это не смогло решить основных проблем по воплощению принципов федерализма на либерально-демократической основе, ликвидировать признаки федеральной ассиметрии. Это только усилило все пороки бытия общества и загнало планку всех социальных проблем на уровень их окончательной неразрешимости и полной кабальной зависимости от интересов и диктата «мирового рынка» на ценные природные сырьевые ресурсы России, обрекая тем самым народ страны на путь окончательного обнищания и социальной гибели.

Современная наука до сих пор не может определить даже тип федерализма в России! А есть ли у нее вообще выход из сложившейся ситуации, каким образом осуществить воплощение истинного российского социального пути для федерализации? Без изменения всей федеративной конструкции и принципиально нового территориального определения для будущих субъектов федеративного образования по объективному функциональному признаку – никаких других шансов у России более не существует.

Вся прежняя федеративная конструкция, состоящая из субъектов федеративного образования, территориально разделенных случайным выбором временных политических демагогов и не обладающих гармонией с программными функциями нового Вектора Целей, является атавизмом для измененных условий и подлежит полной конструктивной замене по этой объективной причине. Что понимается под конструктивной заменой?

1.3. Функционально-Территориальные Хозяйствующие модули – как выход из тупика догоняющего развития России.

Прежде всего, необходимо уточнить реальное текущее состояние «догоняющего развития» России и состояние, которое стараются публично преподнести специалисты политологи и случайно примкнувшие к ним «политики».

Всепроникающая иллюзия лозунгов и ухищрений политических выскочек, извещающих об установлении и активном функционировании устойчивого состояния либеральной демократии в России, уже не в состоянии заслонить ее очевидное и ужасное истинное положение.

Демократия стремительно уходит в прошлое. Причем ее хоронит, в немалой степени, развитие информационных технологий и ассоциированный ум. Казалось бы, они должны, по мысли апологетов либерализма, только усилить демократизм гражданского общества. Но социологические исследования показывают иное – к немалой тревоге самих либералов.

Демократия на сегодняшний день, безусловно, является пока еще системой господствующих идеалов, за которыми нам предлагается безропотно плыть по течению.

Но это всего лишь на слуху! Именно поэтому, корректное сравнение отмирающей демократии и нарождающейся постдемократии становится настоятельной потребностью научной экономической сферы. Текущий мировой кризис является не столько финансово- экономическим или «системным», сколько цивилизационным. Более того, основной аспект текущего кризиса – это кризис в важнейшем аспекте жизнедеятельности человека – в сфере мысли.

Кризис осмысления бытия всего человечества и каждого человека, в условиях динамично изменяющейся реальности, как нусогенный кризис, становится все более очевидным. Инерционная поддержка отживших свой век доктрин, концепций и идей,- это стремление во что бы то ни стало, сохранить неэффективные, несостоятельные надгосударственные институты, тщетные попытки вдохнуть жизнь в не подающие признаков жизни символы уходящей эпохи, некогда скрепляющие человеческую цивилизацию в единое целое. Все это признаки грядущих неизбежных перемен, которые коснутся всех сфер жизнедеятельности человечества и каждого человека.

С начала ХХI века Россию позиционируют, как исторически отсталое государство, что она отброшена в прошлое своим советским периодом истории, и соответственно, нам очень рекомендуют учиться капитализму и демократии. Концепция «догоняющего развития» во всем, в том числе и в аспекте демократии – это ныне самое модное у трибунных глашатаев, крикунов западной трансформации сознания, «ярых учителей» для всей России.

Полезно напомнить таким «политическим соловьям», что концепция «догоняющего развития» уходит своими корнями далеко в историю и для России это не в диковинку. Достаточно обратиться к постсоветскому периоду, мы постоянно кого-то догоняли и в чем-то обгоняли – это был период гонки с разными целями и разными текущими стратегическими задачами. Некоторые политологи сейчас предлагают для выхода из состояния «догоняющего развития» воспользоваться необходимостью США, Японии и Западной Европы о перемещении тяжелой индустрии в Россию, т.к. имеется подходящая инфраструктура, природные и людские ресурсы. Определенным образом России предложено стать всемирной кузницей и мастерской по тяжелой индустрии, как бы на западные инвестиционные финансовые ресурсы, они нам «разрешают такой промышленный скачок» в нашем развитии, но при этом очень скромно оговаривают, что вопросы ценового регулирования сохраняются за мировым рынком. К сожалению, находятся лоббисты, пробивающие такой «стратегический шаг» выхода на новый путь развития. Только хочется задать вопрос - куда развиваться и в чьих личных интересах на сей раз?

Сегодня в нашей стране происходит нечто аналогичное, только в сфере идей, да ладно бы полезных для страны. Большая часть этого «идейного мусора» исполняется на заказ в интересах как раз тех, кто далеко не заинтересован в обретении лидирующих ролей России в чем бы то ни было. Нас настоятельно пытаются убедить, что пора переходить от сувенирной недодемократии и протодемократии, к настоящей, поскольку Запад уже, якобы, несколько десятилетий обрел состояние постдемократии. Исходя из их западных убеждений, нам необходимо «быстрыми темпами пройти их пятидесятилетний опыт» и подтянуться до их уровня. При этом они не забывают, что все это мы должны проделать, продолжая нести на себе всю сырьевую, энергетическую и любую другую рабочую нагрузку, наполняя нашими ценностями их пустые бумажные обязательства, т.е. насытить их ценностями за их «непосильный труд». Хотелось бы заверить подобных деятелей «творческой экономической мысли», что демократия – это отмирающая форма общественно-политических отношений. Она уже прошла пик своего развития, а силовое распространение ее, лишь ускоряет процесс выработки новых форм общественно- политических отношений, которые и можно как-нибудь назвать, но связывая это с демократией, тем более западной – это уже больше, чем лишнее!

Чрезвычайным заблуждением является утверждение того, что демократия есть конечный пункт развития человечества. Если на таковом утверждении будут продолжать настаивать нынешние западные политологи, то следующий уверенный их шаг – это голливудский сценарий «Апокалипсис - 2». В этом можно им только пожелать успехов, но вовлекать Россию в это, будет бессмысленно!

Главным системным изъяном демократической государственности является тот факт, что политические скоморохи-выскочки вытеснили профессионалов с поля управления и качество властности из-за этого падает стремительно. Короткий срок, на который удается прорваться политическим выскочкам во властную сферу обманно- силовым путем, превращают ее носителей во временщиков, обслуживающих только интересы личной выгоды своей и представителей промышленного феодализма, как центрального, так и периферийного масштаба.

Любые попытки загонять Россию в рамки «догоняющего развития» - это и есть сокрытый такими деятелями путь по обслуживанию местечковых и личных интересов представителей промышленного феодализма и их западных попечителей. Поэтому, как демократия, так и любые властные шаги по продолжению политики «догоняющего развития» - это реликтовый миф, потерявший свою властную управляющую энергетику, являющийся уже не риторикой, а пустой демагогией для кухарок. В этой связи, всякие попытки любого уровня и масштаба по улучшению или совершенствованию ныне существующей конструкции власти и государственности по пути демократии и «догоняющего развития» – это откровенный путь в прошлое, места которому в будущем уже не существует.

Для России не существует тупика в ее развитии, он всегда искусственно организовывался для нее временными управителями. Ей, всего лишь, необходимо сбросить с себя ярлык вечного донора от прежней, уже не существующей функции, и изолироваться от навязчивых лживых мнений идеологов «догоняющего развития» любой формы. Измененными программными установками нового Вектора Цели для России определен свой истинный путь в развитии – базисной основой по формированию единой системы хозяйствования (экономики) является сбалансированная система функционально- территориальных хозяйствующих модулей (ФТХМ), основанная на совершенно новом территориальном определении в соответствии с новыми функциями, заданные Системой Управления. Главной формой интеграции при такой единой системе хозяйствования будет перераспределение, не имеющее под собой ничего общего от бывшей интеграции, ранее практиковавшейся при социализме.

ГЛАВА 2. Стратегия «Перехода на иную методологию ценностей: от «Людей цены» к «Человеку ценности», как базисной основы новой Финансовой Системы»

Современная эпоха вобрала и сконцентрировала в себе все пороки бытия людей, обретенные ими за все последние 18000 лет при интервентском управлении извне, поскольку они были истребованы только для исполнения людьми их программных функций под управлением старой Системы. Поэтому, ныне ей свойственны самые глубокие потрясения и тяжкие утраты, которые могут быть с людьми и обществом вообще по причине ликвидации управления в рамках старых программных установок.

2.1. Необратимость перехода на новую методологию ценностей.

Сегодняшнее человечество утратило ранее обретенные высшие ценности,- взаимное уважение и доверие между людьми; авторитет семьи и родителей; сохранение и соблюдение социальных ценностей, как правовой основы общества; неукоснительное отстаивание личностных ценностей, включая достоинство человека; сохранение и святость культурологических и этнических ценностей и т.д. Теряется интерес и уважение к жизни вообще, активизируется проявление терроризма, проявляются очаговые военные конфликты, активизируются условия и безусловные причинные факторы в развязывании войн. Эта ценностная катастрофа происходит повсеместно. Все страны различаются друг от друга лишь только темпами обрушения истинных ценностей, уровнем сокрытия этого факта, ложным государственным ценностным их декларированием или этногеографическими и другими частными особенностями, влияющими тем или иным образом на приближение ценностной катастрофы. Это несоизмеримо важнее, чем какие-то экономические или финансовые кризисы. В этой сфере успешных стран более не существует!

Постфактум проявлен, а именно - общецивилизационное тупиковое ценностное состояние, как конфликт прежней базисной основы ценносте